Сен 03

МАРШ ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ

Родился марш очень красиво, на волне славянского патриотизма, и у его колыбели долго и заботливо хлопотала умная и талантливая женщина с древнерусским именем Ольга.  История эта весьма романтическая. Когда военный музыкант Василий Иванович Агапкин приехал служить в Тамбов, он был зачислен штабс — трубачом 7-го запасного кавалерийского полка. Стройный красавец в военной форме, заставлявший своей певучей трубой замирать женские сердца, не остался без внимания тамбовчанок, и однажды подошла к нему с нотной тетрадкой лучшая городская модистка Оля Матюнина. Поговорили они о музыке, о жизни, и вскоре запела серебристая агапкинская труба уже совсем другую песню.   Заботливая жена купила мужу рояль и стала готовить его к поступлению в музыкальное училище. Церковно-приходская школа давала лишь начальное образование, а для поступления нужны были минимум четыре класса гимназии. Ольга уговорила знакомую гимназистку и та стала заниматься с Агапкиным по недостающим предметам. Готовился Василий Иванович как одержимый и осенью 1911 года поступил в Тамбовское музыкальное училище на медно-духовое отделение. По счастью, бравый кавалерист-музыкант попал в класс известного педагога Федора Кадичева. Именно Федор Михайлович привил своему талантливому ученику основы сочинительства и обучил искусству дирижирования духовым оркестром. К чести преподавателя, студент Агапкин быстро усвоил все необходимые учебные дисциплины, добросовестно изучил композиторский опыт отечественных и зарубежных музыкантов, и уже через год стал пробовать свои силы в сочинении прикладной музыки для военного оркестра.

В те годы в России внимательно следили за военными действиями, которые вели народы Балкан против турецкого ига. Болгария, Сербия, Черногория и Греция боролись за полное освобождение от пятисотлетней османской тирании. Как патриот и музыкант студент Агапкин по-своему откликнулся на эти события и в конце 1912 года написал марш с использованием образно-интонационного материала патриотических произведений Бетховена и Чайковского*. Марш есть марш, и без героико-патриотического содержания его не бывает. Но поди теперь разберись, чего в этом шедевре больше, сурового ратного героизма или высокой и самоотверженной женской любви? Однако автор сам ответил на этот вопрос, удачно назвав марш «Прощание славянки» и посвятив его «всем славянским женщинам, провожавшим мужей на войну». Наверное поэтому нетрудно было догадаться поэту Михаилу Щербакову, что первым в этом ряду посвящения стояло имя Ольги Агапкиной…

Когда надежды поют, как трубы,                                                                                                                                             их зов дурманит, как сладкий дым.                                                                                                                                        Они предельны, они сугубы,                                                                                                                                                        и так несложно поверить им.

И вот — дорога, и вот — стоянка,                                                                                                                                             вокзал и площадь — в цветах, в цветах.                                                                                                                           Восток дымится. Прощай, славянка!                                                                                                                                      Трубач смеётся, шинель в крестах…

Написанное для фортепиано сочинение было вскоре оркестровано военным капельмейстером Яковом Богорадом и тиражировано в московской книгопечатне Гроссе. Марш быстро набирал популярность, и с началом Первой мировой войны его солидными тиражами записали на граммофонные пластинки все отечественные фирмы. С той поры марш стал неотрывной частью ритуала проводов воинских подразделений на фронты всех войн, вплоть до Афганской и Чеченской нашего времени.

Пройдёт полвека. Другие губы                                                                                                                                           обнимет страстно мундштук другой.                                                                                                                                  И вновь надежды поют, как трубы.                                                                                                                                       Поди попробуй, поспорь с трубой.

А век не кончен, поход не начат.                                                                                                                                      Вокзал и площадь — в цветах, в цветах.                                                                                                                        Трубач смеётся, славянка плачет,                                                                                                                                      восток дымится. Земля в крестах.

Воистину русские поэты — пророки…

Говорят, что личную трубу Василия Ивановича Агапкина, перед тем, как сдать в «Музей Истории Великой Отечественной Войны», боевые офицеры возили в Афганистан…                            После революции и сам Василий Агапкин на время сменил трубу на кавалерийский клинок и воевал в составе 1 Красного гусарского полка. Едва не был расстрелян во время антоновского восстания, да и тут выручили Бог, жена и заветная труба. Послушав, как композитор собственноручно исполняет на трубе знаменитый марш «Прощание славянки», братья Антоновы отпустили его на свободу…                                                                                                                               Когда закончилась гражданская война, молодому талантливому музыканту доверили один из лучших оркестров Тамбовского гарнизона. В 1922 году оркестр, руководимый Агапкиным, выиграл смотр-конкурс в Москве, и судьба капельмейстера снова сделала крутой поворот. Ему поручают создать военный оркестр ВЧК.                                                                                                                          В столице Василий Иванович смог, наконец, серьезно заняться сочинением музыки для военного оркестра, и особенно преуспел в жанре вальса. Из под его пера один за другим выходят настоящие шедевры жанра: «Голубая ночь»,»Сиротка», Старинный вальс», «Волшебный сон». Эти произведения полюбились московской публике и часто исполнялись с эстрады сада «Эрмитаж», где регулярно выступал его оркестр. По традиции, заложенной еще в Тамбове, все выступления обязательно заканчивались исполнением марша «Прощание славянки». Надо сказать, что эта традиция соблюдается в русской военной музыке и сегодня. Даже Юбилейный парад в честь 65-летия Победы в Великой Отечественной Войне, событие планетарного масштаба, завершился тысяча трубными звуками «Прощания славянки»                                                   Поистине удивительна судьба этого патриотического произведения. Десятки легенд опутывают историю его написания. В зависимости от социального заказа ему приклеивали то белые, то красные ярлыки, не понимая, что этот марш по сути есть и всегда был исконно русским, и потому востребованным во все времена. Прочно вросший в поэтику духового оркестра, марш Василия Агапкина популярен и по сей день, и не только в России, но и в других странах. Наберите в любой поисковой машине два магических слова «Прощание славянки» и компьютер тут же выбросит десятки ссылок на разных языках мира.

И вот маршу уже без малого сто лет.   Что для Истории эти сто лет?    Мгновение…

Но жизнь музыкальных произведений измеряется иными, вневременными мерками. Они либо умирают «в младенчестве», либо живут вечно. «Прощание славянки» — типичный тому пример.

По воле Бога скромное музыкальное произведение, родившееся от любви военного трубача и простой модистки, стало всемирно известным и всенародно любимым «перонным» маршем, получив от радио МАЯК уникальный исторический титул «Музыкальная эмблема тысячелетия».

Любовь, как и Бог, пребывает всегда…

Липецк.    2010 год

Людвиг ван Бетховен. «Музыка к трагедии Гете «ЭГМОНТ».                                                                                                 Петр Ильич Чайковский «Русско-сербский марш»